Меню
16+

Тонкинская районная газета «Красное знамя»

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Солдатские письма – былого свидетели

Автор: Павел ВЕСЕЛОВ

Д.Е. Скобелев

Война закончилась вот уже три четверти века назад, а отголоски ее все доносятся до нас, не давая забыть той цены, что заплачена была людскими жизнями и судьбами за победу. Мы чтим погибших и пропавших без вести на фронтах Великой Отечественной, отдаем почести ветеранам.

Но по-особенному откликается сердце, когда тебе попадают в руки свидетельства событий, каким-то чудом сохранившиеся за эти 75 лет. А в случае, о котором пойдет рассказ, и больше того.

Послания с фронта

Передо мной четыре солдатских письма – два, написанные чернилами, и два простым карандашом – послания из 1942 года. Тогда они имели конкретный адрес: деревня Большое Аверино Бердниковского сельсовета Тонкинского района. Автором их был боец Красной Армии Копьев Семен Андреевич, а получателем и хранителем до конца своей жизни – жена его Татьяна Дмитриевна. Сохранились еще две небольших фотокарточки, на обеих – молодой человек в военной гимнастерке и фуражке, с мужественным лицом. Боец на снимках, конечно же, Семен Андреевич, призванный на защиту Родины в декабре 1941 года – и пропавший без вести в июне 1942-го. — Это все, что осталось от «архивов» Татьяны Дмитриевны, хранившихся у нее дома, в Большом Аверине, — поясняет, доставивший в редакцию письма и снимки, Д.Е. Скобелев, житель села Бердники. – Она умерла в 2006-м, прожив сто один год в своей родной деревне. А оставшиеся после покойницы некоторые бумаги перешли ко мне, и я все не решался до сих пор предать их огласке.

Слова о любви

В нескольких письмах, куда мне сразу же не терпелось заглянуть, открылась живая судьба людей, оказавшихся перед лицом тяжелых испытаний. С фронта, где жизнь от смерти отделяет лишь тонкая грань, тридцатичетырёхлетний Семен Копьев шлет послание любимой супруге. И поражает, с каким почтением он обращается к ней. «Добрый день! Здравствуй, дорогая и глубокоуважаемая жена Татьяна Дмитриевна, — пишет Семен Андреевич. – Во-первых, выражаю я тебе свое глубокое почтение, шлю с любовью дорогой привет, Таня. Стала сниться ты мне чуть не каждую ночь. Ну и часто повторяю, что всегда я вас люблю. Скучаю сильно по вам по всем (ведь дома остались у фронтовика еще сын-подросток и восьмилетняя дочка – авт.), а особенно по Тане. Прошёл бы разок с тобой хотя по гумну да по огороду». Письмо без даты, но, надо полагать, одно из первых, посланное солдатом на малую родину. В нем еще весь накал чувств после недавнего расставания с близкими, но видна и рассудительность человека с жизненным опытом. Там же читаем: «В жизни все может случиться, так не забудь и ты меня, Танечка. Вспомни, как было у нас хорошо когда-то с тобой. А худое давай забудем навсегда-навсегда». И она о нем помнила и молилась Богу до конца своих долгих лет. Впрочем, как и многие, подобные ей солдатки, хранившие любовь и верность своим суженым, погибшим или пропавшим без вести на войне.

Из Отар в Аверино

В других трех письмах, датированных уже апрелем и маем 1942 года, Семен обращается и к родителям супруги, которых он называет по деревенской традиции папой и мамой. А в одном месте упоминает даже, что не знал своего отца. И мы, рассуждая в разговоре с Дмитрием Елистратовичем, нынешним хранителем этих фронтовых посланий, полагаем, что, посватавшись к Татьяне, Семен Андреевич перешел жить в её дом из родной его деревни Отары. — Да, фамилия Копьевы – коренная отарская, соглашается Д.Е. Скобелев. – Среди аверинских такой не водилось. — Здесь больше были Дерябины, Смирновы, — добавляю я. – И даже в областной Книге памяти среди погибших в годы войны и пропавших без вести по Тонкинскому району значатся пять Копьевых как раз из Отар. В этих же памятных списках значится пропавшим без вести и Семен Андреевич, но уже как житель деревни Большое Аверино. И снова к письмам, в каждом из них все то же почтительное обращение к родным. Даже, посылая горячие приветы своим детям, Ване и Анечке, Семен называет их каждого по имени и отчеству.

Задача – бить врага

Сама тема войны и связанных с нею испытаний в весточках на родину тоже не остается без внимания. Но она не главная там, а проходит как бы вскользь, на фоне другой – более житейской информации. Вот, например, из письма от 1 апреля 1942-го года: «Самое главное сообщаю, что я еще пока остаюсь жив и здоров, того и вам желаю – быть здоровыми навсегда. Теперь сообщаю о том, что послал вам на жену 200 рублей денег. Они пока мне здесь стали не нужны: мы находимся на передовой линии с немцами. Особенно описывать вам ничего не буду, самим понятно. Жду от вас письма каждую минуту». А в одном из посланий целая страница тетрадного листка отдана вопросам получения хлеба на заработанные в колхозе трудодни и другим финансовохозяйственным моментам. Из фронтового далека Семен Андреевич дает семье, оставшейся в тылу, наставления – как наиболее рационально распорядиться этими жизненно важными для них ресурсами. О себе по-прежнему вскользь: воюет на северозападном фронте. В каком звании и каких родах войск, понять трудно. На фотографии он с нашивками, едва заметными в петлицах гимнастерки, и фуражке со звездочкой на околыше. А в Книге памяти помечено, что рядовой. Есть и такие наставления родным: «Работайте в колхозе хорошеньче, крепите тыл. А наша задача – истребить всех немцев, которые на нашей территории. И мы имеем хорошие достижения в этом». Здесь же: «Мне хочется быстрее сделать расправу с немецким фашизмом, вернуться домой и благополучно работать в колхозе». Написано это 30 апреля 1942 года, и задача в то время у фронта и тыла была одна – победить врага. Каждый, как мог, стремился ее выполнить. Семен Копьев из Большого Аверина – тоже. А с июня все того же 42-го писем от него в деревню поступать не стало, пропал без вести солдат.

Жизнь продолжается

После войны, летом 1945-го, Татьяна Дмитриевна посылала запрос в Москву об окончательной судьбе своего супруга. И ответ на ее адрес пришел короткий: все сведения о военнослужащем Копьеве С.А. сообщены Тонкинскому райвоенкомату, куда и следует обратиться. Какой-то новой информации об участи мужа, как пропавшего без вести, там она тоже не получила. — С Татьяной Дмитриевной общаться ближе мы стали где-то с года 1986-87-го, — делится в разговоре со мной Д.Е. Скобелев. – Тогда я переехал из Тонкино в Бердники, где сначала был парторгом в колхозе, а потом работал директором льнозавода. Нередко откликался на ее просьбы в чем-либо помочь. И так на протяжении практически двадцати лет, до завершения ее жизни. Собственно, и похороны мне пришлось организовывать. Рассказал Дмитрий Елистратович и о судьбе детей супругов Копьевых. Мать одна подняла их на ноги. Старший Иван освоил электронику и работал потом в Северодвинске на строительстве подводных лодок. Анна жила в Краснодаре, а после смерти мужа вернулась на родину – в Большое Аверино. Вдвоем с матерью они коротали дни за хлопотами по хозяйству да за молитвами. Это были две молельщицы, известные в ближайшей округе своим усердием в благочестивом деле.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

19